Arms
 
развернуть
 
410015, г. Саратов, пр. Энтузиастов, д. 20А
Тел.: (8452) 98-26-08, 98-26-16, 98-26-13 (ф.)
zavodskoi.sar@sudrf.ru
схема проезда
410015, г. Саратов, пр. Энтузиастов, д. 20АТел.: (8452) 98-26-08, 98-26-16, 98-26-13 (ф.)zavodskoi.sar@sudrf.ru




 
 
 

РЕЖИМ РАБОТЫ СУДА
Понедельник9.00 - 18.00
Вторник9.00 - 18.00
Среда9.00 - 18.00
Четверг9.00 - 18.00
Пятница9.00 - 16.45

Перерыв 13.00 - 13.45

СубботаВыходной день
ВоскресеньеВыходной день
В предпраздничные дни
9.00 - 16.45
Государственная пошлина и судебный штраф
Реквизиты платежных документов для оплаты государственной пошлины и оплаты судебного штрафа опубликованы в разделе сайта суда
Справочная информация
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор причин отмены и изменений приговоров районных (городских) судов Саратовской области по результатам анализа апелляционной практики за 4-й квартал 2014 года

О Б З О Р

причин отмены и изменений приговоров районных (городских) судов Саратовской области по результатам анализа апелляционной практики

за 4-й квартал 2014 года

В 4-м квартале 2014 года в апелляционном порядке судебной коллегией по уголовным делам Саратовского областного суда отменено 27 приговоров в отношении 39 лиц, изменено 34 приговора в отношении 45 лиц.

После отмены приговоров 8 уголовных дел в отношении 16 лиц направлены на новое судебное рассмотрение, по 10 уголовным делам в отношении 10 лиц вынесен новый обвинительный приговор, 8 уголовных дел в отношении 12 лиц возвращено прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, 1 уголовное дело в отношении 1 лица прекращено за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Причины отмены приговоров в апелляционном порядке

Нарушение требований уголовно-процессуального закона

Несоблюдение судом требований ч.1 ст.280 УПК РФ

при допросе малолетнего свидетеля

повлекло отмену приговора

Приговором Заводского районного суда г. Саратова от 26 июня 2014 года К. осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ.

Как следовало из материалов дела, участвовавшая при допросе малолетнего свидетеля Б. ведущий специалист сектора по исполнению переданных государственных полномочий по опеке и попечительству администрации Заводского района муниципального образования «Город Саратов» К. не являлась педагогом. При таких обстоятельствах показания малолетнего свидетеля Б. в судебном заседании, на которые суд первой инстанции сослался в приговоре, являются недопустимым доказательством, не имеют юридической силы и не могли быть положены в основу приговора.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ вынесла новое решение.

Невыполнение судом требований ст. 305 УПК РФ

при вынесении оправдательного приговора, а также

ограничение процессуальных прав подсудимых явились

основанием для признания судебного решения незаконным

Приговором Вольского районного суда Саратовской области от 09 июня 2014 года Б. и Ц. осуждены по 10-ти эпизодам преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от 07 марта 2011 года). Они же оправданы в связи с отсутствием в их действиях состава преступления в части предъявленного обвинения по ч. 4 ст. 159 УК РФ по 7-ми эпизодам; Г. осуждена по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ; ч. 4 ст. 159 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от 07 марта 2011 года) по 10-ти эпизодам; Г. также оправдана в связи с отсутствием в её действиях составов преступлений по ч.4 ст.159 УК РФ по 6-ти эпизодам; С. осужден по ч.3 ст. 159.2 УК РФ; С. оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления по ч. 4 ст. 159 УК РФ по 2-м эпизодам; Р. осужден по ч. 3 ст. 159.2 УК РФ по 2 эпизодам; Р. оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления по ч. 2 ст. 159 УК РФ.

Как установлено приговором, Б., Ц., Г. и С. осуждены по эпизодам хищения средств семейного капитала, способом совершения, согласно предъявленному обвинению, которых являлась предварительная регистрация права собственности на чужое имущество. При этом, сделав вывод о виновности осужденных, суд исключил из обвинения Б., Ц. и Г. указание о действиях, связанных с регистрацией приобретения права на имущество, которые органом предварительного следствия инкриминировались в вину подсудимым как способ совершения хищений средств материнского капитала, то есть преступлений, предусмотренных ч.4 ст. 159 УК РФ, тем самым допустил противоречия в выводах. Кроме того, оправдав подсудимых Б., Ц., Г., С. и Р. по ч.4 ст.159 УК РФ по эпизоду приобретения права на имущество, суд включил в оправдательный приговор формулировку в части установленных судом обстоятельств, ставящую под сомнение невиновность оправданных, указав, что подсудимыми было оформлено право собственности на дома без намерения приобретения права на чужое имущество. Постановив приговор, суд использовал показания свидетелей, полученные с нарушением требований уголовно-процессуального закона, поскольку из вступивших в отношении них в законную силу приговоров, следует, что они признаны виновными в хищениях денежных средств с причинением ущерба Федеральному бюджету РФ в лице ГУ – УПРФ в области путем обналичивая сертификатов материнского (семейного) капитала. Из материалов дела и предъявленного подсудимым обвинения следовало, что данные лица были осуждены за совершение преступлений в сговоре с подсудимыми по настоящему делу. Однако свидетели были предупреждены об уголовной ответственности перед дачей показаний по статьям 307 и 308 УК РФ. С учетом требований ст. 47 УПК РФ суд не вправе был предупреждать вышеуказанных лиц об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ. При наличии согласия дать показания, председательствующий должен был предложить каждому из них дать показания об известных им фактических обстоятельствах дела.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Поскольку суд необоснованно рассмотрел

дело в особом порядке принятия судебного решения, установленном главой 40.1 УПК РФ,

приговор был отменен

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 28 июля 2014 года З. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ, ч. 2 ст. 228 УК РФ, ч. 1 ст. 174 УК РФ.

Из материалов дела следовало, что обвиняемый в ходе предварительного следствия заявил ходатайство о заключении с ним досудебного соглашения о сотрудничестве. Данное ходатайство было удовлетворено и с обвиняемым З. было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве. При рассмотрении уголовного дела в отношении З., поступившего в суд вместе с представлением прокурора об особом порядке проведения судебного заседания в связи с заключением с обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, суд постановил приговор без проведения судебного разбирательства.

Как следовало из материалов уголовного дела, обвиняемый З. при заявлении ходатайства о заключении с ним досудебного соглашения обязался сообщить сведения о своем участии в преступной деятельности, а также о преступной деятельности В., который соучастником преступлений, в которых обвинялся З., не являлся. Закон не предоставляет права лицу заявить ходатайство о заключении соглашения о сотрудничестве по иным делам, не связанным с преступлениями, за которые оно привлекается к уголовной ответственности. Таким образом, у суда не имелось оснований для постановления приговора без проведения судебного разбирательства. Кроме того, из материалов дела было видно, что обвинение З. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 174 УК РФ, имеющимися в деле доказательствами не подтверждается, а правильность квалификации действий осужденного по ч.ч. 1 и 2 ст. 228 УК РФ вызывает сомнения. В связи с этим суду надлежало назначить и рассмотреть дело в общем порядке судебного разбирательства, в ходе которого выяснить все имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Оправдательный приговор, постановленный

с использованием доказательств, полученных

с существенным нарушением требований

уголовно-процессуального закона,

является незаконным

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 27 июня 2014 года Г., С. и Б. оправданы по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ на основании п. 1 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Постановляя оправдательный приговор, суд сослался на представленное стороной защиты заключение специалиста в области судебной медицины. Между тем, из материалов дела следовало, что специалист в области судебной медицины не участвовала в уголовном судопроизводстве в качестве специалиста в порядке, определенном статьей 168 УПК РФ, и не давала заключения в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 80 УПК РФ.

Из протокола судебного заседания и заключения специалиста было видно, что исследование проведено специалистом после окончания предварительного следствия по уголовного делу, в период рассмотрения дела судом, на основании обращения адвоката и заключенного с ним договора, то есть вне рамок уголовного судопроизводства и без соблюдения требований уголовно-процессуального закона. Заключению специалиста в области судебной медицины суд не дал оценки по правилам ст. 88 УПК РФ и использовал при постановлении оправдательного приговора, как доказательство, полученное с нарушением требований уголовно-процессуального закона. Кроме того, сославшись на заключения судебно-медицинского эксперта и дополнительное заключение этого же эксперта в подтверждение своих выводов об образовании у потерпевшего телесных повреждений при иных обстоятельствах, нежели изложенных в обвинительном заключении, суд не учел, что выводы этих экспертиз подтверждают возможность образования у потерпевшего телесных повреждений в период времени, указанный в обвинительном заключении. Помимо этого судом не дано надлежащей оценки выводам, изложенным в дополнительном заключении судебно-медицинского эксперта в части периода времени возможного образования повреждений.

Кроме того, из протокола судебного заседания следовало, что суд, нарушив требования п.2 ч.3 ст.56 УПК РФ, допросил в качестве свидетеля и сослался в приговоре на показания адвоката С., который оказывал юридическую помощь потерпевшему в связи с осуществлением в отношении последнего уголовного преследования, о том, что он не видел телесных повреждений у потерпевшего, а последний не сообщал о применении в отношении него насилия сотрудниками УФСКН, как на доказательство, опровергающее показания потерпевшего.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Истечение срока давности привлечения к уголовной

ответственности влечет прекращение уголовного дела

Приговором Заводского районного суда г. Саратова от 07 августа 2014 года К. осужден по ч. 1 ст. 198 УК РФ.

Как установил суд, К. был обязан представить в налоговый орган по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию не позднее 30 апреля 2012 года, а с учетом положений ст. 228 Налогового кодекса РФ, уплатить налог в срок не позднее 15 июля 2012 года. Поскольку приговор в отношении К. не вступил в законную силу, судом установлено, что преступление им совершено 15 июля 2012 года, а данных о том, что он уклонялся от суда в материалах дела не имеется, следовало признать, что сроки давности привлечения К. к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 198 УК РФ истекли 16 июля 2014 года, то есть до постановления судом обвинительного приговора.

При таких обстоятельствах приговор суда подлежал отмене, а уголовное дело – прекращению за истечением срока давности привлечения лица к уголовной ответственности.

Имевшиеся по делу противоречия во времени совершения

преступления послужили основанием отмены приговора

Приговором Заводского районного суда г. Саратова от 12 августа 2014 года Г. осужден по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Как следовало из обвинительного заключения по уголовному делу, Г. вменено в вину совершение открытого хищения имущества Т. с применением насилия, не опасного для здоровья, 16 мая 2014 года примерно в 21 час 00 минут. Однако из имевшихся в деле сообщений, поступивших в отдел полиции из лечебных учреждений, следовало, что Т. обратился за медицинской помощью в лечебные учреждения с телесными повреждениями, полученными им 15 мая 2014 года в 21 час 00 минут. Кроме того, из содержания имевшейся в материалах уголовного дела копии медицинской карты стационарного больного Т. следовало, что потерпевший поступил в МУЗ 1-я ГКБ в 14 часов 00 минут 16 мая 2014 года по экстренным показаниям через 17 часов после получения травмы. Таким образом, в доказательствах, на которых следователь обосновал вывод о совершении Г. преступления, имелись существенные противоречия относительно времени совершения преступления.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело возвращено прокурору для устранения нарушений уголовно-процессуального закона.

Допущенные при предъявлении обвинения существенные

нарушения норм УПК РФ повлекли отмену приговора

Приговором Фрунзенского районного суда г. Саратова от 11 августа 2014 года К. осужден по п. «а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ, ч. 1 ст. 242.1 УК РФ, п. «д» ч. 2 ст. 127 УК РФ; А. осужден по п.«а» ч. 3 ст. 131 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ, п. «д» ч. 2 ст. 127 УК РФ.

Как следовало из текста постановления о привлечении К. в качестве обвиняемого, органами следствия было установлено, что К. совершил, в числе прочих, преступление, предусмотренное ч.1 ст.242.1 УК РФ, однако в качестве обвиняемого К. был привлечен по ч.1 ст.241.1 УК РФ, то есть по норме уголовного закона, которая не соответствует обвинению и не существует в Уголовном кодексе РФ.

В связи с тем, что органами следствия представлены одни и те же доказательства, свидетельствующие, по их мнению, о виновности К. и А., которые не могли быть оценены отдельно друг от друга, приговор в отношении А. также подлежал отмене.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Противоречие позиций адвоката и его подзащитного

является нарушением права обвиняемого на защиту

Приговором Красноармейского городского суда Саратовской области от 18 августа 2014 года В. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 161 УК РФ, ч.1 ст. 116 УК РФ.

Органом предварительного следствия В. обвинялся, в том числе, в краже. Как было видно из протокола судебного заседания и установлено судом, подсудимый В. в этой части свою вину не признал. Адвокат Щ., осуществлявшая защиту интересов подсудимого, выступая в прениях, сославшись на указанные показания В., в то же время просила назначить ему по ч.1 ст.158 УК РФ минимальное наказание, то есть заняла не свойственную ей функцию обвинения. Кроме того, как было видно из материалов дела, В. в ходе судебного разбирательства обратился с письменным ходатайством об отказе от услуг адвоката Щ., заявив, что она не принимала участия в следственных действиях, и просил обеспечить для осуществления его защиты участие адвоката Г., сославшись на ее согласие участвовать по делу. Суд данное ходатайство рассмотрел как отвод и отказал в его удовлетворении, при этом фактически вошел в оценку доказательств по делу. В то же время в приговоре указанным доводам В. оценки не дано. Кроме того, судом оставлено без внимания и не разрешено ходатайство В. в части обеспечения участия адвоката Г.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Выводы суда о виновности осужденной в совершении

преступлений не были основаны на приведенных в приговоре

доказательствах и содержали противоречия между описанием преступного деяния и квалификацией действий осужденной

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 21 июля 2014 года М. осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Как усматривалось из приговора суда, в нем не были приведены доказательства совершения М. приготовления к незаконному сбыту наркотиков 22-24 апреля 2013 года, а также отсутствовали показания свидетелей по обстоятельствам указанного преступления. Кроме того, в приговоре как доказательство виновности М. в незаконном приобретении и хранении без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, суд привел показания свидетеля – сотрудника полиции З. по обстоятельствам досмотра осужденной и изъятия у нее пакетика с наркотиком. Далее суд привел в качестве доказательств виновности М. показания свидетелей П. и С., указав, что они являются аналогичными по содержанию показаниям свидетеля З. по обстоятельствам задержания М. Однако свидетель З. в задержании последней не участвовала и показаний по обстоятельствам задержания осужденной не давала. Не были приведены таковые и судом в приговоре. Приведя в приговоре показания свидетелей С. и Щ. по обстоятельствам проведения «проверочной закупки» наркотических средств 16 апреля 2013 года, суд указал, что они показали об аналогичных обстоятельствах проведения «проверочной закупки» наркотика 25 апреля 2013 года. Однако из материалов дела, в том числе показаний указанных лиц, оглашенных в судебном заседании, было видно, что обстоятельства покушения М. на сбыт наркотика 25 апреля 2013 года были иными, в другом месте и в другое время, то есть явно не могли быть аналогичными обстоятельствам преступления от 16 апреля 2013 года.

Кроме того, в обоснование виновности М. суд сослался на заключение химической экспертизы № 82 от 11 июня 2013 года, согласно которому изъятое у нее вещество является наркотическим средством, массой 0,934 грамма, протокол осмотра предметов – бумажного конверта с тремя полиэтиленовыми пакетиками с веществом белого цвета, изъятых у М. 23 мая 2013 года, детализацию телефонных переговоров между С. и М. Вместе с тем, из протокола судебного заседания следовало, что данные доказательства вопреки требованиям ст. 240 УПК РФ в судебном заседании не исследовались, а поэтому не могли быть положены в основу обвинительного приговора. Кроме того, при описании преступных действий М. по ч.1 ст.228 УК РФ суд указал, что она совершила незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере, а квалифицировал действия М. как незаконное приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в значительном размере. При этом не были приведены основания и мотивы изменения обвинения, инкриминированного органом предварительного следствия.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ вынесла новый приговор.

Суд при постановлении приговора нарушил требования

ч. 2 ст. 233 УПК РФ, что повлекло отмену приговора

Приговором Ершовского районного суда Саратовской области от 15 сентября 2014 года осуждены Ч. по п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ; М. по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Как усматривалось из протокола судебного заседания и расписки, копии обвинительного заключения были вручены осужденным 08 сентября 2014 года. Судебное заседание было начато 15 сентября 2014 года. Однако именно в этот день срок, предусмотренный ч. 2 ст. 233 и ч. 2 ст. 265 УПК РФ, истекал, а следовательно, приступить к рассмотрению дела по существу 15 сентября 2014 года суд был не вправе.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, а уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

Нарушение судом п. 1 ст. 307 УПК РФ

явилось основанием для отмены приговора

Приговором Красноармейского городского суда Саратовской области от 22 октября 2014 года Б. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Судом первой инстанции при постановлении приговора описание преступного деяния, признанного судом доказанным, не содержало указания на форму вины и цели совершенного преступления, что повлекло вынесение незаконного и необоснованного приговора.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ вынесла новое решение.

Суд при наличии оснований, предусмотренных

ч. 1 ст. 237 УПК РФ, не принял мер к устранению

существенного нарушения закона, которое

препятствовало рассмотрению уголовного дела

Приговором Балашовского районного суда Саратовской области от 15 октября 2014 года Е. осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ.

При описании преступного деяния, установленного органом дознания и признанного судом обоснованным, в приговоре, постановленном в особом порядке, было указано, что Е. незаконно изготовил наркотическое средство – экстракт маковой соломы, общей массой 1,194 грамма, которое хранил при себе и по месту жительства без цели сбыта для личного употребления. В ходе проведения осмотра квартиры, в которой проживал Е. были обнаружены и изъяты: стеклянный пузырек, укупоренный металлической пробкой, с жидкостью темного цвета, массой 0,345 грамм и полимерная бутылка емкостью 1,5 литра, укупоренная завинчивающим колпачком, с жидкостью темного цвета, массой 0,675 грамм, являющейся наркотическим средством – экстрактом маковой соломы. В ходе личного досмотра у Е. в кармане шорт был обнаружен и изъят стеклянный пузырек, укупоренный металлической пробкой, с жидкостью темного цвета, массой 0,174 грамма, являющейся наркотическим средством – экстрактом маковой соломы.

Вместе с тем, из имеющегося в материалах дела заключения судебно-химической экспертизы следовало, что в стеклянном пузырьке, изъятом из квартиры по месту жительства Е., количество жидкости составляло 3,9 мл.; в полимерной бутылке, также изъятой из квартиры по месту жительства Е., общее количество жидкости составляло 590 мл., количество нижнего слоя - 23,9 мл.; в стеклянном пузырьке, изъятом в ходе личного досмотра Е., количество жидкости составляло 4,9 мл. Масса наркотического средства - экстракта маковой соломы 0,675 грамм, 0,345 грамм, 0,174 грамма является сухим остатком.

Таким образом, с выводом суда о том, что предъявленное Е. обвинение в незаконном изготовлении и хранении наркотического средства – экстракта маковой соломы, массой 1,194 грамма, находящегося в жидком виде, подтверждается собранными по делу доказательствами, согласиться было нельзя.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, уголовное дело было возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела

Суд при постановлении приговора

проигнорировал мнение потерпевшего,

чем существенно нарушил его права

Приговором Балаковского районного суда Саратовской области от 28 июля 2014 года П. и Р. осуждены по ч. 2 ст. 162 УК РФ.

Из материалов дела следовало, что при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции потерпевшим и его представителем заявлялись ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, так как органы предварительного расследования квалифицировали, по их мнению, действия подсудимых как менее тяжкое преступление. В удовлетворении указанных ходатайств было отказано. При рассмотрении уголовного дела судом были установлены обстоятельства, в том числе и указанные в обвинительном заключении, которые служили основаниями для квалификации действий П. и Р., как более тяжкого преступления. При постановлении приговора судом не были надлежащим образом учтены доводы потерпевшего и его представителя по вопросам, затрагивающим законные интересы потерпевшего, и им не была дана мотивированная оценка.

При таких обстоятельствах приговор суда был отменен, уголовное дело было возвращено прокурору.

Неправильное применение уголовного закона

В силу ч.1 ст. 69 УК РФ

при совокупности преступлений

наказание назначается отдельно

за каждое совершенное преступление

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 02 июля 2013 года Б. осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ (по эпизоду от 08 февраля 2011 года), ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 285 УК РФ (по эпизоду от 09 июня 2011 года), с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ и ч. 3 ст. 47 УК РФ.

Как усматривалось из материалов уголовного дела, суд, придя к выводу о необходимости назначения Б. дополнительного наказания в виде лишения права занимать в правоохранительных органах должности, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года, назначил указанное дополнительное наказание не за конкретные преступления, как этого требует ч.3 ст.47 УК РФ, а при назначении наказания по их совокупности. Таким образом, фактически дополнительное наказание не было назначено за каждое преступление.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ отменила приговор и по доводам апелляционного представления приняла новое решение, которым назначила указанное дополнительное наказание, как за каждое конкретное преступление, так и по их совокупности.

Нарушение судом правил назначения наказания,

предусмотренных нормами Общей части УК РФ,

послужило основанием к отмене приговора

Приговором Балашовского районного суда Саратовской области от 25 августа 2014 года М. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ (2 эпизода), п. «б» ч. 2 ст.158 УК РФ, с применением ч.ч. 2, 5 ст. 69, ст. 71, ч. 2 ст. 72 УК РФ.

При постановлении приговора в резолютивной части суд указал на назначение М. наказания по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст.158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, с применением принципа поглощения менее строгого наказания более строгим, и назначил наказание в виде 450 часов обязательных работ, тогда как наиболее строгое наказание по данным преступлениям судом определено в виде 250 часов обязательных работ. Кроме того, судом первой инстанции нарушен порядок назначения наказания, предусмотренный ч. 5 ст. 69 УК РФ. Судом установлено, что М. осужден 21 мая 2014 года приговором мирового судьи судебного участка № 3 г. Балашова Саратовской области по ч. 1 ст. 116 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 80 часов, наказание отбыто не было. Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ было совершено М. 18 мая 2014 года, то есть до вынесения приговора мирового судьи судебного участка № 3 г.Балашова Саратовской области. В связи с чем, суду первой инстанции следовало вначале назначить М. наказание по совокупности преступлений, совершенных до вынесения приговора мирового судьи. Далее суду первой инстанции следовало назначить наказание за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ по совокупности преступлений по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ, затем окончательно назначить М. наказание по совокупности приговоров, по правилам ст. 70 УК РФ.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ отменила приговор и приняла новое решение.

Несправедливость приговора

Назначенное наказание не соответствовало

требованиям ст. 60 УК РФ, а потому

признано несправедливым вследствие

чрезмерной мягкости

Приговором Краснокутского районного суда Саратовской области от 2 октября 2014 года Г. осужден по ч. 1 ст. 131 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года, с применением ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 3 года.

Потерпевшей И. была подана апелляционная жалоба, а государственным обвинителем П. апелляционное представление, доводы которых о несправедливости приговора вследствие необоснованного применения ст. 73 УК РФ судом апелляционной инстанции признаны обоснованными.

Как установлено из приговора, при назначении наказания Г. суд учел в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание им вины, раскаяние в содеянном. Судом также было учтено то, что Г. характеризуется положительно, ранее не судим.

Вместе с тем, мотивируя решение о применении условного осуждения возможностью исправления осужденного без изоляции от общества, то есть без реального отбывания наказания в виде лишения свободы, суд не дал должной оценки тому обстоятельству, в какой мере примененная им в данном конкретном случае мера принуждения, достигнет такой цели наказания, как восстановление социальной справедливости.

Судебная коллегия пришла к выводу, что судом первой инстанции не в полной мере были учтены характер и степень общественной опасности совершенного Г. преступления, мнение потерпевшей, настаивавшей на строгом наказании, в связи с чем, назначение Г. наказания условно с применением ст. 73 УК РФ явилось несправедливым и несоразмерным содеянному.

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения могли быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ вынесла новый приговор, назначив осужденному наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Причины изменения приговоров

Неправильное применение уголовного закона

Решение суда о признании отягчающим наказание

обстоятельством совершение преступления

в состоянии опьянения в силу ч.1.1 ст. 63 УК РФ

должно быть мотивировано в приговоре

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 24 июля 2014 года З. осужден по ч. 2 ст. 318 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года.

При назначении наказания З. суд признал в качестве обстоятельства, отягчающего наказание осужденного, «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя». Судебная коллегия посчитала данный вывод суда первой инстанции не соответствующим требованиям уголовного закона, поскольку решение суда о признании отягчающим обстоятельством «совершение преступления в состоянии опьянения» должно быть аргументированным и мотивированным. Однако такие данные в приговоре отсутствовали.

С учетом изложенного, судебная коллегия исключила из приговора указание суда на наличие у осужденного обстоятельства, отягчающего наказание «совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя» и смягчила З. наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

Судом сделан неверный вывод о квалификации

действий осужденного по ч. 1 ст. 162 УК РФ

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 31 июля 2014 года П. осужден по ч. 1 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. Этим же приговором по ч.1 ст. 162 УК РФ осужден Г., в отношении которого приговор не обжаловался.

Действия П. судом квалифицированы по ч. 1 ст. 162 УК РФ как совершение разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия, опасного для жизни или здоровья, по тем основаниям, что П. с Г. напали на потерпевшую Е. с целью завладения её имуществом, угрожали применением насилия, опасного для жизни или здоровья, после чего скрылись с места преступления с похищенным имуществом и распорядились им по своему усмотрению. При этом судом указано, что действия нападавших, направленные на завладение чужим имуществом, носили совместный и согласованный характер. Тем не менее, квалифицирующий признак инкриминируемого осужденным преступления – совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору, судом из обвинения П. был исключен. С учетом исключения предварительного сговора на разбой и установленных судом фактических обстоятельств дела, действия П. подлежали самостоятельной юридической оценке. Как следовало из материалов дела и установлено приговором, осужденный П. угроз применения насилия, опасного для жизни и здоровья, в адрес потерпевших не высказывал. Угрожал применением насилия, опасного для жизни и здоровья, в отношении потерпевших осужденный Г., а П. только открыто завладел чужим имуществом. Данных, свидетельствующих о наличии у П. умысла на завладение чужим имуществом с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, потерпевшего, в приговоре не приведено и судом первой инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, после исключения судом из обвинения П. квалифицирующего признака – совершение разбоя группой лиц по предварительному сговору, оснований для вывода о совершении разбойного нападения им на потерпевших не имелось и действия осужденного П. подлежали переквалификации с ч. 1 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ.

Судебная коллегия приговор изменила, переквалифицировав действия П. с ч.1 ст.162 УК РФ на ч. 1 ст. 161 УК РФ и назначила ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев с отбыванием в колонии-поселении.

Приговор изменен ввиду несоответствия наказания требованиям уголовного закона.

Приговором Октябрьского районного суда г. Саратова от 18 августа 2014 года С. осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев, по п. «а» ч.1 ст.213 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года, по п. «д» ч.2 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 5 лет, с применением ч.ч. 3, 5 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 7 лет.

Санкция ч. 3 ст. 162 УК РФ предусматривает наказание от 7 до 15 лет лишения свободы. В приговоре суд указал о том, что оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется. Однако, несмотря на это, суд назначил С. по ч. 3 ст. 162 УК РФ наказание в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы, то есть ниже низшего предела, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приговор в отношении С. изменила, с усилением наказания как по ч. 3 ст. 162 УК РФ до 7 лет 6 месяцев лишения свободы, так и по совокупности преступлений до 9 лет лишения свободы.

Суд повторно учел отягчающее обстоятельство

при назначении наказания, чем нарушил

положения ч. 2 ст.63 УК РФ, ошибочно

признал рецидив в действиях осужденного,

а также нарушил требования ч.3 ст.60 УК РФ

Приговором Ртищевского районного суда Саратовской области от 15 августа 2014 года Т. осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 264 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с лишением права управлять транспортным средством сроком на 1 год.

Как следовало из приговора, суд признал Т. виновным в нарушении Правил дорожного движения при управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Одновременно с этим, суд признал отягчающим наказание Т. обстоятельством совершение преступления, в том числе, предусмотренного ч.2 ст.264 УК РФ, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Кроме того, как видно из приговора, суд учитывал при назначении Т. наказания, в том числе по ч.2 ст.264 УК РФ, наличие в его действиях рецидива преступлений. Вместе с тем, поскольку преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 264 УК РФ, является неосторожным, его совершение не образует рецидива преступлений, и данное обстоятельство не подлежало учету в качестве отягчающего наказание Т. при назначении наказания по ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Кроме того, при назначении наказания Т. суд не учел, что осужденный состоит в зарегистрированном браке, проживал с женой, на иждивении которой остался не только малолетний ребенок, но и ребенок-инвалид, который находился, в том числе, и на его иждивении. Кроме того, как было видно из приговора, при назначении наказания суд также не принял во внимание положительную характеристику Т. по месту его работы, полученную по запросу следователя и исследованную в судебном заседании.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции смягчил осужденному Т. наказание, назначенное как за каждое из преступлений, так и по ч. 2 ст. 69 УК РФ до 1 года 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права управлять транспортным средством сроком на 1 год.

Действия осужденной при постановлении

приговора подлежали переквалификации

вследствие издания нового уголовного

закона, улучшающего положение осужденной

Приговором Балаковского районного суда Саратовской области от 03 октября 2014 года С. осуждена по ч. 3 ст. 160 УК РФ (3 эпизода), ч. 1 ст. 286 УК РФ (3 эпизода), с применением ч.3 ст.69 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 400 000 рублей.

По эпизоду хищения имущества в размере 33 614,40 рублей в марте 2011 года С. осуждена по ч. 3 ст. 160 УК РФ в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 № 377-ФЗ, действовавшей на момент совершения данного преступления.

Федеральным законом от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ в санкцию ч. 3 ст. 160 УК РФ внесены изменения, улучшающие положение осужденной, а именно исключен нижний предел санкции в виде лишения свободы и действия С. при постановлении приговора подлежали переквалификации.

Однако сведений о том, что судом принималось решение о переквалификации действий осужденной, из приговора не усматривалось.

В связи с изложенным, судебная коллегия переквалифицировала действия С. по эпизоду хищения имущества в марте 2011 года в размере 33614,40 рублей с ч. 3 ст. 160 УК РФ (в редакции Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 377-ФЗ) на ч. 3 ст. 160 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ), и снизила размер наказания в виде штрафа на 10000 рублей, как за данное преступление, так и по ч.3 ст.69 УК РФ до 390 000 рублей.

Суд при постановлении приговора применил

новый уголовный закон и тем самым

ухудшил положение осужденного

Приговором Ртищевского районного суда Саратовской области от 28 июля 2014 года Б. осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года.

Как следовало из приговора, обстоятельством, отягчающим наказание Б., суд признал совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Изменения в ст.63 УК РФ, дающие суду возможность признать данное обстоятельство отягчающим наказание, были внесены Федеральным законом от 21 октября 2013 года № 270-ФЗ, который вступил в законную силу и подлежал применению с 01 ноября 2013 года.

Как установил суд, преступление совершено Б. 23 октября 2013 года, вследствие чего вышеуказанный закон не подлежал применению и у суда отсутствовали основания для признания вышеуказанного обстоятельства отягчающим наказание осужденного.

С учетом изложенного, судебная коллегия исключила из приговора указание суда о признании отягчающим наказание Б. обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, и смягчила ему наказание до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

Несправедливость приговора

Судом при назначении осужденному

наказания были учтены не все

обстоятельства, смягчающие его наказание

Приговором Базарно-Карабулакского районного суда Саратовской области от 6 августа 2014 года Ц. осужден по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев; Б. осужден по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 2 года.

Как следовало из материалов дела Ц. и Б. до возбуждения уголовного дела дали письменные объяснения, в которых полностью изобличили себя в совершенном преступлении, то есть фактически обратились с явками с повинной. Кроме того, в ходе предварительного следствия они давали последовательные признательные показания, на месте рассказали об обстоятельствах совершенного ими преступления, чем активно способствовали раскрытию и расследованию преступления.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции учел в качестве смягчающих наказание Ц. и Б. обстоятельств их явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления и снизил Ц. наказание до 1 года 4 месяцев лишения свободы, а Б. - до 1 года 10 месяцев лишения свободы.

Приговор изменен в связи с неправильным применением уголовного закона и назначением осужденной несправедливого наказания вследствие его чрезмерной мягкости

Приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 4 сентября 2014 года Б. осуждена по п. «в» ч. 4 ст. 204 УК РФ к штрафу в размере пятидесятикратной суммы коммерческого подкупа, то есть в размере 2500000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с созданием и руководством туристическими агентствами сроком на 2 года; по ч. 1 ст. 327 УК РФ к 7 месяцам ограничения свободы, с применением ч. 3 ст. 69, ч. 2 ст. 71 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере пятидесятикратной суммы коммерческого подкупа, то есть в размере 2500000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с созданием и руководством туристическими агентствами сроком на 2 года и ограничением свободы сроком на 7 месяцев.

Как усматривалось из материалов дела, на момент вынесения приговора Б. была осуждена вступившим в законную силу приговором Энгельсского районного суда Саратовской области от 14 июля 2014 года по ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч.3 ст. 159 УК РФ, ч. 3 ст. 159 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима без назначения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы. Постановлением Энгельсского районного суда Саратовской области от 28 августа 2014 года в соответствии с ч. 1 ст. 82 УК РФ Б. предоставлена отсрочка реального отбывания наказания до достижения её ребенком четырнадцатилетнего возраста. Данное обстоятельство при назначении Б. минимального наказания в виде штрафа, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 204 УК РФ, то есть за совершение особо тяжкого преступления, судом учтено не было.

С учетом изложенного в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ судебная коллегия усилила осужденной Б. наказание, назначенное за совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 4 ст. 204 УК РФ до штрафа в размере шестидесятикратной суммы коммерческого подкупа, то есть до 3000000 рублей с лишением права заниматься деятельностью, связанной с созданием и руководством туристическими агентствами сроком на 2 года.

Кроме того, учитывая требования ч. 2 ст. 71 УК РФ, суд не мог применить принцип полного сложения наказаний по совокупности преступлений, так как штраф при сложении наказания с ограничением свободы исполняется самостоятельно.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия исключила из резолютивной части приговора указание о назначении Б. наказания с применением ч.3 ст.69 УК РФ.

Судом при назначении осужденному

наказания были учтены не все обстоятельства, смягчающие его наказание

Приговором Фрунзенского районного суда г. Саратова от 21 октября 2014 года П. осужден по п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 1 год 8 месяцев.

Из материалов уголовного дела и протокола судебного заседания следовало, что судом по ходатайству стороны защиты приобщена к материалам дела почтовая квитанция о переводе П. потерпевшему 1000 рублей в счет заглаживания вреда, причиненного преступлением. Однако в нарушение требований уголовного закона суд не признал данное обстоятельство смягчающим наказание, свое решение по данному вопросу в приговоре не мотивировал.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции счел необходимым в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, иные действия П., направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, и смягчить назначенное осужденному наказание до 1 года 6 месяцев лишения свободы.

Судебная коллегия по уголовным делам

Саратовского областного суда

опубликовано 13.04.2015 14:46 (МСК), изменено 30.04.2022 22:37 (МСК)




 
 
 

РЕЖИМ РАБОТЫ СУДА
Понедельник9.00 - 18.00
Вторник9.00 - 18.00
Среда9.00 - 18.00
Четверг9.00 - 18.00
Пятница9.00 - 16.45

Перерыв 13.00 - 13.45

СубботаВыходной день
ВоскресеньеВыходной день
В предпраздничные дни
9.00 - 16.45
Государственная пошлина и судебный штраф
Реквизиты платежных документов для оплаты государственной пошлины и оплаты судебного штрафа опубликованы в разделе сайта суда
Справочная информация